Гетманцев о росте количества ФОПов

Заявление главы финансового комитета Данила Гетманцева о том, что «это абсолютная аномалия, когда во время войны увеличивается количество ФЛП», вызвало активную дискуссию среди экспертов и бизнеса: рост предпринимательства на фоне падения ВВП внешне выглядит проявлением гибкости экономики, однако сам Гетманцев объясняет этот тренд прежде всего расширением теневых схем и минимизацией налогов, а не реальным экономическим чудом.

Феномен «плюс 200 тысяч ФЛП» на фоне падения экономики
По словам Гетманцева, во время большой войны экономика Украины существенно сократилась, и даже при оптимистичном сценарии вернётся к уровню 2021 года только примерно к 2038‑му, поэтому прирост около 200 тыс. ФЛП он называет «абсолютной аномалией», ведь обычно расширение предпринимательства ожидают в фазе роста, а не рецессии. Статистика показывает: лишь за второй год полномасштабной войны было зарегистрировано около 315 тыс. новых ФЛП – рекорд за десятилетие, благодаря чему их общее число приближается к 2,2 млн при постоянной миграции между открытием и закрытием. С одной стороны, это демонстрирует адаптивность украинцев, которые после потери работы или релокации уходят в самозанятость, а с другой – резкий всплеск на фоне падения экономики свидетельствует, что значительная часть новых ФЛП связана не с новыми бизнес‑проектами, а с переводом существующих схем на упрощённую систему налогообложения.

«Дробление» бизнеса как главное объяснение
Гетманцев объясняет «аномальный» прирост ФЛП прежде всего дроблением среднего и крупного бизнеса на сеть формально независимых предпринимателей для снижения налоговой нагрузки и ухода от НДС: значительная часть новых ФЛП, по его словам, — это не реальный малый бизнес, а инструмент оптимизации для крупных игроков. Ещё до войны критиковали «зарплатных ФЛП», а в условиях полномасштабного вторжения эта логика лишь усилилась, поскольку бизнес под давлением затрат ищет легальные, хотя и дискуссионные с точки зрения налоговой справедливости способы уменьшить налоги. О «схемном» характере части новых ФЛП свидетельствует и структура регистраций: среди самых распространённых видов деятельности – онлайн‑розница и IT‑услуги, где крупные маркетплейсы и сервисные компании часто выводят на ФЛП часть операций и персонала, сохраняя фактический контроль над бизнес‑процессами.

Действительно ли рост ФЛП – угроза, а не шанс?
Возникает вопрос, является ли увеличение числа ФЛП однозначно негативным явлением: формально это легальная форма предпринимательства, позволяющая работать «в белую» и платить налоги (пусть и меньшие, чем у крупных компаний), так что регистрация ФЛП всё же лучше полной тенизации доходов или отъезда работников за границу. Однако Гетманцев критикует не столько «классических» малых предпринимателей, сколько системный перекос, когда значительная часть налоговой базы концентрируется в упрощённой системе, где налог слабо связан с реальной маржой и оборотом, что сужает возможности бюджета финансировать оборону и социальную сферу в условиях войны. Массовое использование ФЛП‑схем для оптимизации создаёт и неравные условия конкуренции: компании на общей системе с полным НДС и налогом на прибыль оказываются в худшем положении, чем бизнес, который формально «разбивает» деятельность на десятки ФЛП, что ведёт не только к потере доходов, но и к искажению структуры рынка и инвестиционных стимулов.

Позиция государства: детенизация вместо «охоты на ФЛП»
Гетманцев подчёркивает, что речь не идёт о «закручивании гаек» для всех ФЛП и не о изменении единого налога до окончания войны, а о прицельной борьбе с «зарплатными» и «схемными» ФЛП, которые используются крупным бизнесом для системного уклонения от налогов. Фактически государство предлагает обновлённый «общественный договор»: в перспективе снижение общего налогового давления в обмен на отказ бизнеса от теневых практик, однако реализация этого подхода требует большей доверия к институтам, прозрачных правил и предсказуемого контроля, чего пока не хватает, поэтому предприниматели продолжают выбирать максимально гибкий и безопасный для себя формат ФЛП.

Какие выводы должен сделать бизнес
Ключевой сигнал для бизнеса прост: эпоха безнаказанных схем дробления под видом малого бизнеса завершается, а налоговые органы всё тщательнее анализируют выплаты, взаимодействие с ФЛП и реальное содержание операций. Малому бизнесу, который работает «по‑настоящему», важно максимально дистанцироваться от «схемного» сегмента – иметь прозрачную бухгалтерию, подтверждающие документы и понятную экономику. Среднему и крупному бизнесу уже сейчас стоит пересмотреть модель работы с ФЛП и просчитать варианты частичного перехода на общую систему. В ближайшие годы ожидается не столько массовая ликвидация ФЛП, сколько сближение налоговых правил и усиление контроля за крупными оборотами на упрощёнке, поэтому для тех, кто заранее адаптируется к более прозрачным стандартам, эта трансформация может открыть доступ к лучшему финансированию, госпрограммам и партнёрствам.

Если у вас возникли вопросы или проблемы, связанные с выбором оптимальной организационно‑правовой формы бизнеса, структурой взаимодействия с ФЛП, детенизацией операций, налоговыми проверками или минимизацией фискальных рисков, обращайтесь за профессиональной консультацией.

Автор: Игорь Ясько, управляющий партнёр АО «Юридическая компания “WINNER”», к.ю.н.